На горе, возле самого неба...
На горе, возле самого неба...
Александр Колупаев Сергею На горе, возле самого неба, храм белеет, горят купола, и молитвам о мире и хлебе испокон вторят колокола. Не бывает дорог без развилок, да и судьбы людские кривы. Жизнь как вынужденный поединок, путь наверх - на костях и крови. Только выбор оружья за нами, только в этом мы с вами равны. Остальное ложится делами в сейфы Бога и Сатаны. Как межа между правдой и ложью, - лес угрюм, государственно строг. Где-то там за сплошным бездорожьем в тяжкой думе чернеет острог. Монастырь, поглядеть, да и только, - и смахнёт за монаха зека. Правда, нет - кто пришел добровольно. За грехи всех загнали сюда. Здесь, конечно, другие молитвы. Может, даже точнее, - мольба. Но надежда освободиться справедливою пайкой дана. Здесь, конечно, по-своему верят в справедливость, кого ни спроси. И суровым учителем север ставит "неуд" и просит: учти. Мы бредём по неровной дороге. Перекрёсток, - задумайся там: та, что влево виляет - к острогу, та, что вправо - та в гору, где храм. Можно прямо пойти - нет ошибки. Но трудней нет прямого пути. Пусть подножки, удары, ушибы - не скули, не проси, не сверни. И на все наши смелые планы, когда мы покидаем порог, - смотрит пристально, неустанно, притаившись, невидимый Бог.